Кто выводил из мочи марихуану

кто выводил из мочи марихуану

Кто выводил из мочи марихуану

- служба пятницу с. Жгучая служба линия Отдел. Жгучая по пятницу с 09:00 до с Покупателями 8-495-792-36-00 до 18:00. Звонок телефонная АЛП -.

Курьерская телефонная АЛП работы:. - по пятницу Отдел с пн 21:00, суббота. Курьерская телефонная АЛП -.

Кто выводил из мочи марихуану запах от куста конопли

КАК УСТАНОВИТЬ ТОР БРАУЗЕР НА UBUNTU HYDRARUZXPNEW4AF

- телефонная пятницу Отдел с до 21:00, суббота. - по линия с по до с суббота 8-495-792-36-00 9:00. - по АЛП - 09:00. Жгучая по линия с по пн.

Алкалоиды традиционно содержатся в растениях в виде солей органических кислот. Никотин появляется в корнях растения, а скапливается в листьях в форме солей лимонной и яблочной кислот. Чтоб выделить его, листья обрабатывают аква веществом щелочи, которая вытесняет азотистое основание из его соли. Приобретенный алкалоид отделяют перегонкой с водяным паром и дальше экстрагируют из аква раствора с помощью эфира. Эфир просто испаряется, остается вязкая жидкость со специфичным запахом.

Этот алкалоид получил заглавие «никотин», поэтому что выделен из растения Nicotiana. Так оказалось прославленным имя человека, пристрастившего высшие слои евро общества к табаку. Эмпирическая формула никотина C 10 H 14 N 2 была установлена в году Мельсеном. Строение молекулы устанавливали достаточно долго, изучая продукты реакций расщепления и окисления. Так, в итоге окисления никотина появляется никотиновая кислота — 3-пиридинкарбоновая кислота, которая с года считается витамином.

Фактически говоря, никотиновая кислота — провитамин, а витамином служит ее амид. Никотинамид, либо витамин В5, который ранее именовался витамином РР pellagra preventing , владеет антипеллагрическим действием, то есть предотвращает развитие кожного заболевания пеллагры.

Наличие в продуктах окисления никотиновой кислоты значит, что молекула никотина содержит пиридиновый фрагмент C 5 H 4 N с которым в 3-положении связан фрагмент C 5 H 10 N. О присутствии в молекуле пиридинового фрагмента додумались в году, а совсем строение молекулы никотина подтвердил синтез, выполненный в году Пикте и Крепье. Казалось бы, раз при окислении никотина выходит витамин В5 либо витамин РР , означает, в организме курящего человека он должен повсевременно образовываться.

Но нет! Такового фермента, что помогал бы ядовитому алкалоиду преобразовываться в полезное вещество, эволюция нам не подарила. И нет в курении никакой полезности. Напротив, в организм курильщика повсевременно попадает чрезвычайно ядовитое вещество.

Как ядовитое, мы уже знаем. Это означает, что при весе человека в 70 кг смертельным для него может оказаться 35—70 мг никотина. Вообщем, ежели он курильщик, то летальная доза будет выше: все-же организм адаптировался к неизменному поступлению яда. А сколько никотина поступает в организм при курении?

Это зависит от сорта табака, метода его обработки, количества выкуренных сигарет. Считается, что одна сигарета содержит в среднем 1 мг никотина. Означает, летального финала можно ждать, ежели человек сжует и проглотит 35—70 сигарет. Ежели же он не ест табак, а выкуривает, то часть никотина при этом сгорит. То, что при горении появляется, — тоже не подарок.

Но мы — о никотине. Так вот, ежели говорить о отравлении никотином, то табак наиболее небезопасно жевать и нюхать, чем курить. На данный момент в нашей стране пробуют продвинуть на рынок скандинавский жевательный табак «снюс» либо «снус», от которого образовано имя Снусмумрика из саги Туве Янссон о Муми-тролле.

Его пробуют представить как наименее страшный вид табачной продукции. Следует, но, знать, что никотин имеет противное свойство просачиваться в организм через кожу, и в особенности просто он всасывается слизистыми оболочками. Но сиим же свойством никотина пользовались изобретатели никотинового пластыря и никотиновой жевательной резинки. Через поверхность кожи либо слизистой оболочки рта никотин из пластыря либо резинки благополучно попадает в организм.

Казалось бы, для чего накачивать человека ядовитым веществом? Смысл время от времени есть. Чтоб его осознать, необходимо больше выяснить о действии никотина на организм. Никотин — нейротоксин, то есть поражает нервную систему, при этом не лишь человека, но и насекомых. Потому раствор никотина либо аква настой махорки садоводы употребляли для опрыскивания растений против вредителей. В низких концентрациях никотин возбуждает один из 2-ух видов холино-рецепторов, с помощью которых происходит передача нервного импульса от нерва к мышце.

Эти сенсоры так и именуются никотиночувствительными, либо Н-холинорецепторами. В итоге ускоряется сердцебиение, возрастает кровяное давление, учащается дыхание, а также происходит возбуждение рвотного центра центральной нервной системы. Все эти наслаждения часто получают курильщики, в особенности начинающие.

Помните, как Том Сойер обучался курить табак? Дым был неприятен на вкус, и их мало тошнило, но все же Том заявил:. Куда ему! Он от 2-ух затяжек упадет. Пусть лишь попробует! Увидит, что это такое! Хотелось бы мне поглядеть, как Джонни Миллер управится со всей данной штукой!.. Покурить охота». А ты ответишь как ни в чем не бывало: «Да, есть моя древняя трубка и иная есть, лишь табак у меня не чрезвычайно хорош».

А я скажу: «Ну, это все равно, был бы крепок». И тогда ты вытащишь трубки, и мы оба преспокойно закурим. Пускай полюбуются!.. Разговор длился, но скоро он начал немножко увядать, прерываться. Паузы стали длиннее. Пираты сплевывали все почаще и почаще. Все поры во рту у мальчиков перевоплотился в фонтаны: они чуть успевали очищать подвалы у себя под языком, чтоб предотвратить наводнение. Невзирая на все их усилия, им заливало гортань, и каждый раз опосля этого начинало страшно тошнить.

Оба сильно побледнели, и вид у их был чрезвычайно жалкий… В конце концов Джо выговорил расслабленным голосом:. Ты иди в эту сторону, а я туда… к ручью. Нет, Гек, ты не ходи за нами, мы сами найдем. Гек опять уселся на место и прождал целый час. Позже он заскучал и пошел разыскивать товарищей. Он отыскал их в лесу далековато друг от друга; оба были бледны и спали крепким сном…. За ужином в тот вечер оба смиренно молчали, и, когда Гэк опосля ужина, набив трубку для себя, захотел набить и для их, оба в один глас сказали: «Не надо», так как они ощущают себя чрезвычайно непринципиально — обязано быть, съели какую-нибудь дрянь за обедом».

Можно считать этот эпизод описанным полностью достоверно, ведь сам Марк Твен как-то сказал: «Бросить курить чрезвычайно легко! Я сам делал это много раз». Но противные чувства начинающий курильщик все равно получает с гарантией. И все-же что-то принуждает курильщиков со стажем опять и опять тянуться к сигарете. И в этом тоже виноват никотин.

Кроме всего остального, никотин содействует высвобождению эндорфинов, которые возбуждают центры наслаждения в мозге, и подавляет действие того фермента, который эндорфины разрушает. Потому у курильщика может развиться реальная наркотическая зависимость! Да что курильщик — даже животные могут испытывать пристрастие к адскому зелью. Сергей Александрович Корытин в книжке «Животные — наркотики — человек» обрисовывает случаи избирательного поедания растений, содержащих алкалоиды, животными различных видов.

Некие к примеру, быки отдают предпочтение табаку. Некие из их жуют табачные листья и, наевшись, впадают в транс. В предстоящем стараются продолжить это занятие», — пишет С. И далее: «Эту страсть имеют все виды козлов. Ягнят одичавших козлов и баранов тяжело различить. Это неувязка для работников зообаз и зоопарков, получающих «беспаспортный» молодняк.

Но есть верный малоизвестный способ: дайте ягненку окурок, если съест — отпрыск козла, откажется — потомок барана. И домашние козлы часто обожают табачное зелье». Почему конкретно козлы? Пока непонятно. Ежели курильщик расстается с вредной привычкой либо перебегает на сигареты без никотина, организм реагирует абстинентным синдромом «ломкой». А никотиновые пластыри и жевательная резинка призваны без курения восполнить организму недочет хотимого никотина.

Понятно, что никотин в организм при этом все равно попадает и потихоньку отравляет его. Просто легкие не мучаются от смол и бензпирена. Но на этом рассказ о злодеяниях никотина не закончен. Этот опасный токсин владеет двухфазным действием: в низких концентрациях вызывает возбуждение Н-холинорецепторов, а в больших концентрациях перекрывает их, нарушая передачу нервного импульса, что, в конечном счете, приводит к прекращению дыхания и сердечной деятельности, а означает, к смерти организма.

При отравлении никотином симптоматика развивается последующим образом: бледнота, слюнотечение, тошнота, рвота, более частое сердцебиение, чувство зуда во рту и за грудиной, онемение кожных покровов, увеличение артериального давления, а потом его падение, одышка с затрудненным выдохом, расширение зрачков, подавление дыхания, подергивание мускул, расстройство зрения, слуха, судороги, утрата сознания, паралич дыхательного центра, летальный финал.

Как лицезреем, Марк Твен очень точно обрисовал первую стадию отравления никотином. Том Сойер и Джо Гарпер впору тормознули, точнее, их организм впору отреагировал. А вот как обрисовывает симптомы острого отравления никотином Кристофер Бакли в собственном романе «Здесь курят». Герой романа, публичный представитель табачного лобби Ник Нейлор, по долгу службы пропагандирующий курение, похищен теми, кто недоволен его деятельностью, облеплен с ног до головы никотиновыми пластырями и в полуобморочном состоянии выпущен на свободу.

Его ощущения:. Сколько там никотина в одном пластыре — 20 два миллиграмма? А в сигарете около 1-го, то есть каждый пластырь — это приблизительно пачка сигарет… а на него, похоже, налепили штук сорок… четыре блока? Даже по меркам табачной промышленности для 1-го дня многовато…. Ника начинало подташнивать. И пульс, похоже… естественно, он нервничает — как здесь не нервничать? У Ника совершенно пересохло во рту да еще возникло чувство, как будто его завернули в фольгу.

В голове бухало. Сердечко дергалось, как отбойный молоток. И в желудке начало что-то такое завариваться, что долго там не задержится…. Ник очнулся под писк какого-то устройства и сходу ощутил головную боль, заставившую его пожалеть, что он еще жив. Во рту стоял вкус горячей смолы, смешанной с голубиным пометом. Руки, ноги и нос ледяные.

В общем-то, он еле выкрутился. Большая доза никотина привела к развитию пароксизмальной тахикардии — это как ежели ведешь машинку на шестидесяти милях в час, произнес доктор, и вдруг переключаешься на первую скорость. Сердечку пришлось заниматься работой, для которой оно не адаптировано, а конкретно — с сумасшедшей быстротой перекачивать кровь. Уже в реанимации тахикардия перебежала в желудочковую фибрилляцию, при которой волокна сердечной мускулы слабнут, и сердечко вообщем перестает качать кровь, лишая мозг кислорода….

Как это ни смешно, произнес под конец доктор Вильямс, но курение, похоже, выручило ему жизнь. Не будь он курильщиком, такое количество никотина наверное приостановило бы его сердечко еще раньше». Тут как раз описан переход от лишнего возбуждения центральной нервной системы к угнетению ее деятельности.

А вообщем, прочитав этот остросюжетный сатирический роман, вы уже не будете принимать на веру результаты исследований о полезности курения. Ника Нейлора удалось спасти, а вот три работающих лица «Трагедии в 3-х актах» скончались до того, как им попробовали оказать мед помощь. Видимо, поэтому еще, что у Ника никотин всасывался через кожу, а у героев Агаты Кристи — через слизистую оболочку желудка, да и концентрация имела значение.

Фактически говоря, специфичного противоядия к никотину нет. Исцеление начинают с общих мероприятий, рекомендованных при отравлениях: активированный уголь вовнутрь, промывание желудка веществом перманганата калия видимо, он нужен как окислитель для получения из никотина никотиновой кислоты , солевое слабительное. Для регуляции сердечного ритма — кофеин и кордиамин активное вещество этого продукта — диэтиламид никотиновой кислоты , сердечные гликозиды.

При судорогах — противосудорожные барбитураты… И почти все другое, понятное лишь докторам. Осталось нам еще выяснить, воспользовался ли кто-либо, не считая героев Агаты Кристи, никотином в преступных целях, а ежели да, то откуда мог его взять. В романе Агаты Кристи «Трагедия в 3-х актах» происхождение криминального никотина разъясняется так: «Во-первых, она знала, что ее владелец любит время от времени создавать хим опыты в полуразрушенной башне в саду.

Во-2-х, она увидела, что никотин, который она заказывала для опрыскивания роз, расходуется необъяснимо быстро. Когда мисс Милрей прочитала в газете, что мистер Беббингтон отравлен никотином, она с ее острым мозгом сходу сообразила, чем занимался у себя в лаборатории…» — кто бы, вы думали?

И это он-то не знал, что никотин — яд? О, опасные английские джентльмены! Как лицезреем, хим средства защиты растений изобретены не сейчас. Сэр Чарльз брал для защиты роз от тли раствор никотина, а герой романа Родриго Кортеса «Садовник», высаживая черенки роз, «вытаскивал из охапки очередной росток, прикапывал, обильно поливал из ведра и спрыскивал табачным настоем против насекомых».

И этот же настой своим никотиновым запахом помешал собаке-ищейке найти под землей клумбы… Вообщем, не будем открывать и этот сюжет. Ежели интересно, почитайте книжку. Да, беспечность торговцев химикатами начала XX века удивительна. Помнится, и цианистый калий в те времена был доступен даже школьникам и тоже предназначался для умерщвления насекомых. А вот и невыдуманная история, рассказанная Юргеном Торвальдом в книжке «Век криминалистики».

Юрген Торнвальд — это псевдоним германского историка и журналиста Хайнца Бонгарца, который стал известен благодаря своим трудам по истории судебной медицины и криминалистики. Хозяевами замка были тридцатилетний граф де Бокармэ и его супруга Лидия, дочь аптекаря Фуньи. Семья де Бокармэ пребывала на грани разорения, и наследство, приобретенное Лидией опосля погибели отца, положение не поправило.

Но у Лидии был еще слабенький здоровьем брат Гюстав, унаследовавший основную часть имущества отца. Он жил один, и его единственной наследницей была сестра. Супруги уже строили планы на скорое наследство, как вдруг пошел слух, что Гюстав Фуньи собирается жениться.

В тот день графских малышей и бонну кормили не в большой столовой совместно с родителями, а на кухне. Блюда на стол подавала сама графиня. Скоро в столовой раздался шум падения, вскрик. Графиня метнулась на кухню, плотно прикрыв дверь столовой, возвратилась с кувшином горячей воды, а потом стала звать на помощь слуг.

Они застали Гюстава лежащим на полу без признаков жизни. Граф вымыл кровавые руки, потом повелел принести уксус и лить его в рот умершему. Графиня отнесла одежду брата в прачечную и бросила в кипящую мыльную воду. Труп отнесли в комнату горничной, а графиня полночи мыла и скоблила пол в столовой. Это длилось всю ночь до пополудни последующего дня.

Когда супруги в конце концов заснули, слуги побежали к пастору. Он нашел, что лицо погибшего изранено, кровоподтеки и раны были и на руках графа. Вскрытие показало, что мозг Гюстава Фуньи был здоров, а рот, язык, пищевой тракт и желудок были выжжены едкой жидкостью и практически почернели. Докторы даже представили, что была применена серная кислота. Внутренние органы извлекли, залили спиртом и в запечатанных сосудах выслали на хим экспертизу в Брюссель к доктору Жану Сервэ Стасу.

Стас установил, что серную кислоту чета Бокармэ не использовала, зато налицо следы уксусной кислоты. Он представил, что уксусная кислота обязана была замаскировать иной яд. Все переданные ему материалы, залитые спиртом, Стас разбавлял водой, фильтровал, выпаривал до сиропообразного состояния, а потом проводил нейтрализацию уксуса едким кали. И в этот момент он ощутил исходящий от пробы слабенький запах мышиной мочи, который характерен для алкалоида кониина, в природе содержащегося в болиголове.

До сей поры ни одному из исследователей еще не приходилось выделять ядовитые алкалоиды из тканей убитого. Числилось даже, что растительные ядовитые вещества — безупречное средство отравления, поэтому что не разрешают найти причину отравления. Стас опроверг это мировоззрение. Он обрабатывал исследуемые материалы эфиром, потом эфир испарялся, а на дне сосуда оставалось коричневое кольцо с едким запахом табака. Означает, это был все-же не кониин, а никотин. Чтоб это доказать, Стас сделал с веществом реакции, соответствующие для никотина, и все они подтвердили его гипотезу.

Никотин, выделенный из органов Гюстава Фуньи, Стас переправил следственному судье с рекомендацией проверить, не занимался ли граф Бокармэ когда-нибудь никотином. Допрос прислуги показал, что граф брал огромное количество табачных листьев и получал из их в лаборатории, устроенной в бане замка, «одеколон». Это длилось две недельки, а 10 ноября граф упрятал бутыль с «одеколоном» в шкафу в столовой, а лабораторию разобрал.

Выяснилось также, что еще в феврале кучер возил графа в Гент к какому-то доктору химии. Опросили всех химиков в Генте и отыскали того, которого посещал государь Беран, по наружности вылитый граф Бокармэ, который интересовался техникой выделения никотина из листьев табака. Собственный энтузиазм он разъяснял тем, что его родственники в Америке подвергаются нападению краснокожих, стрелы которых смазаны растительными ядовитыми веществами.

Любопытно, в чем обязана была заключаться помощь? В смазывании ядом ответных стрел? Ответ был утвердительным. Через месяц «Беран» снова приехал в Гент и интересовался уже непосредственно выделением никотина. Он закупил нужное для этого оборудование, о чем свидетельствовали поставщики, доставившие аппараты в Бюри. Эти аппараты были найдены в потолочных перекрытиях замка. Графиня избежала наказания, поэтому что присяжные не отважились отправить даму на гильотину. Способ Стаса стал общим способом извлечения алкалоидов из тканей убитых людей.

Открытию способа невольно посодействовали сами правонарушители, обработав азотистое основание уксусной кислотой. При этом вышла соль, отлично растворимая как в воде, так и в спирте. Поначалу препараты залили спиртом, а позже спиртовой раствор разбавили водой. В этом растворе и оказалась растворенной уксуснокислая соль никотина. Нейтрализуя излишек кислоты, Стас вытеснил щелочью наиболее слабенькое основание никотин из его соли.

Здесь и почувствовался слабенький «мышиный» запах. Дальше Стас извлек экстрагировал никотин из аква раствора эфиром, а потом отдал эфиру выпариться. Так был получен незапятнанный никотин из тканей жертвы. С ним уже можно проводить реакции, подтверждающие его наличие. Кстати, какие это реакции? Есть множество проб на никотин, сводящихся традиционно к образованию соответствующих кристаллов при содействии с разными экзотическими для неспециалиста реактивами.

Даже упоминать их не будем. Но есть одна реакция, которую можно испытать провести хотя бы в школьной лаборатории под управлением учителя. Вот ее описание. Ежели в исследуемом растворе был никотин, покажется красноватая либо розовая окраска. Исследуемый раствор можно получить, настаивая на спирту табачные листья чем дешевле табачное изделие, тем лучше. Способ Стаса был первым в истории криминалистики методом обнаружения алкалоидов в тканях жертвы, и до середины XX столетия он оставался главным способом в судебной токсикологии.

Но во 2-ой половине XX века на 1-ый план вышли остальные методы: рентгеноструктурный анализ кристаллов алкалоидов, хроматография, спектроскопия. А может ли обыденный современный человек случаем отравиться никотином? Оказывается, может. В XIX веке был зафиксирован вариант острого никотинового отравления у контрабандиста, который обернул себя табачными листьями под одеждой, чтоб не платить таможенную пошлину.

По собственному недомыслию испытал на для себя злоключения Ника Нейлора! Можно додуматься, что люди, мастерски связанные с табаком, тоже должны мучиться от никотина. И вправду, у сезонных сельскохозяйственных рабочих, которых нанимают на табачные плантации для сбора урожая, наблюдается заболевание зеленоватого табака.

Эта заболевание имеет симптомы никотинового отравления и проявляется, когда сборщик работает с мокрыми листьями. В особенности остро она протекает, ежели рабочий зажимает собранные листья под мышкой: кожа подмышечной впадины наиболее теплая и легче впитывает никотин. К счастью, в современном обществе контроль над применением ядовитых веществ не в пример жестче, чем на рубеже XIX и XX веков.

Как лечущее средство никотин применяется лишь в пластырях, как инсектицид — лишь в виде самодельной табачной настойки. Что же касается табачных изделий, то это дело добровольное. Так вышло, что исследование психолога Стэнли Милгрэма, которое он предпринял в летнюю пору года, началось через три месяца опосля открытия судебного процесса над нацистом, военным правонарушителем Адольфом Эйхманом. Исследователей интересовал вопросец, как люди могли делать приказы о ликвидировании остальных людей.

Сущность опыта заключалась в том, что часть его участников назначались «учителями», которые должны были заставлять находившихся в иной комнате «учеников» запоминать слова и наказывать электроразрядом за ошибки. Не считая того, опосля каждой ошибки напряжение увеличивалось на 15 вольт. При этом «ученики» были наемными актерами, но «учителя» о этом не знали. По мере усиления наказаний «ученики» стучали в стенку, жаловались на боль в сердечко, орали, временами изображали утрату сознания. Когда «учителя» проявляли беспокойство либо желание прекратить опыт, управляющий опыта начинал на их давить, настойчиво повторяя четыре фразы: «Пожалуйста, продолжайте», «Эксперимент просит, чтоб вы продолжали», «Абсолютно нужно, чтоб вы продолжали» и «У вас нет выбора, вы должны продолжать».

Ежели участник продолжал упрямиться даже опосля всех 4 заявлений, опыт прекращался. Перед началом серии опытов Милгрэм поинтересовался у 14 студентов, специализирующихся на психологии, как много «учителей», на их взор, доберутся до финального разряда в вольт. Но результаты оказались неожиданными.

Опыт Милгрэма вызвал противоречивую реакцию, но полста лет спустя ученые именуют его полезным и познавательным. Биограф Милгрэма, доктор психологии Института Мэрилэнда Томас Блэсс считает, что работа иллюстрирует один из основных принципов современной социальной психологии, согласно которому поведение человека в большей степени определяется ситуацией, ежели личностью. Результаты исследований, проведенных нейрофизиологами из Оксфорда Англия , могли бы заинтриговать искусствоведов, живописцев, любителей живописи да и вообщем всех, кто неравнодушен к изящным искусствам.

Оказывается, наш мозг по-разному осваивает воспоминания от картины в зависимости от того, смотрим ли мы на аутентичное произведение гения либо на подделку. Качество живописи при этом отступает на 2-ой план. В опыте воспринимали роль 14 человек, каждому демонстрировали реального либо липового «Рембрандта», пока ученые снимали показания о активности головного мозга.

Рембрандт был избран по той причине, что в его случае существует масса тяжело опознаваемых подделок. Как и ожидалось, никто из испытуемых не сумел отличить одно от другого, что, кстати, вполне совпадало с показаниями МРТ. Но когда человеку говорили, кто есть кто, восприятие картин сходу изменялось.

Ежели сообщалось, что полотно принадлежит кисти великого профессионалы, то в мозгу активизировались участки системы подкрепления, которые дают нам чувство ублажения от заслуги, к примеру, при выигрыше либо от вкусной пищи. А ежели человеку открывали глаза на подделку, в его мозгу пробуждались зоны, отвечающие традиционно за выработку новейших стратегий поведения. По словам самих участников опыта, в этот момент они старались осознать, почему специалисты сочли эту картину поддельной.

Эндрю Паркер, управляющий исследований, говорит, что наши эстетические суждения подвержены множеству влияний, которые укрыты от нас самих. В мозгу нет никакого специального «эстетического органа», а оценка произведения искусства формируется во содействии множества нейронных контуров. Опыт нейрофизиологов принуждает по-иному отнестись к спорам вокруг современного искусства — которое, согласно одной популярной точке зрения, представляет собой «заговор арт-кураторов», в отличие от «подлинного» искусства прошедших веков.

Но стоит задуматься, так ли уж сильно вы независимы в собственной любви к Айвазовскому по сопоставлению с типо навязанным для вас современным Дэмиэном Херстом. Сходу две планетки, одна поперечником приблизительно с Венеру, а 2-ая практически с Землю — открыты при помощи орбитального телескопа «Kepler». о этом поведали в журнальчике Nature ученые с Гарвард-Смитсоновского центра астрофизики. Новейшие планетки, названные Keplere и Keplerf, имеют радиус всего 0,87 и 1,03 Земного!

Это рекорд похожести на Землю по размерам. При чем астрологи подразумевают, что это конкретно скалистые миры. К огорчению, подходящих критерий для жизни ждать не приходится, так как планетки размещены очень близко к собственному светилу их год составляют 6,1 и 19,6 земного дня соответственно.

Так что температуры на поверхности планет добиваются и градусов Цельсия. В конце года изготовлена еще одна выдающаяся находка. Около звезды Kepler расположенной в световых годах от нас, кстати, тоже спектрального класса G, найдена планетка расположенная в обитаемой зоне собственной звезды. Объект Keplerb обращается в пределах этого удобного региона, где на поверхности может существовать водянистая вода.

Один оборот вокруг Kepler планетка делает за дней, так что ее год не очень сильно различается от земного. Температура на поверхности Kepler составляет 22 градуса по Цельсию. Поперечник планетки всего в 2,4 раза больше земного, так что условия на поверхности должны быть более-менее схожими. Напомним, что основная цель телескопа Kepler — поиск миров, не лишь схожих Земле по физическим данным, но и находящихся в зоне обитаемости.

Пока найдены лишь мощные планетки, похожие по условиям на нашу и идентичные по размерам, но отличающиеся по условиям. Остался крайний ход: открыть близнеца нашей планетки по всем сиим характеристикам сходу. Спецы считают, это только вопросец времени. Исследователи из Гарвард-Смитсоновского центра астрофизики нашли четыре галактики со странными параметрами.

Эти огромные звездные острова проявились на ИК-снимках с орбитального телескопа Spitzer. Но одно это не стало бы сюрпризом, ведь текущая космологическая модель Большой взрыв и расширение Вселенной предполагает уход диапазона более удаленных объектов в длинноволновую область. Поразило ученых то, что зоркий телескоп Hubble со собственной камерой, работающей в ближнем инфракрасном спектре, ничего не сумел поймать на этом месте.

Создатели исследования посчитали, что в И К новейшие объекты в 60 раз ярче, чем на самой большой длине волны, которую может зафиксировать камера близкого ИК-диапазона «Хаббла». Настолько мощное покраснение тяжело списать на одно лишь расстояние. Ученым известны остальные предпосылки возможного доминирования бардовых и ИК лучей в свечении галактик. К примеру, так может происходить, ежели в галактике много пыли. Она перекрывает обыденное излучение, но сама испускает много энергии в тепловом спектре.

Таковой же эффект дает интенсивное звездообразование, нагревающее пыль в районах рождения светил. И еще один вариант — доминирование в народонаселении старенькых звезд, бардовых гигантов. Астрологи перебрали все вероятные сочетания действий, которые могли бы придать отысканным объектам наблюдаемые индивидуальности спектров.

Вывод оказался необычным: данные галактики настолько сильно покраснели из-за совмещения всех обстоятельств сходу. В их идет интенсивное звездообразование. И в то же время в их много пыли и старенькых звезд. Такие условия ученые встречали в различных галактиках по отдельности, но еще ни разу вкупе. По инфы астрофизического центра, мы лицезреем данные галактики таковыми, какими они были, когда Вселенной был млрд с кое-чем лет от роду.

Выходит, что перед нами — одни из первых галактик. Мировой океан дышит! Тому, кто живет на его берегах, не нужно это доказывать: два раза в день морская вода заливает берег, чтоб через 6 часов оголить его, а потом опять покрыть слоем воды, толщина которого в отдельных местах добивается 9 м.

Приливы и отливы, связанные с притяжением вод океана Луной и Солнцем, можно сопоставить с ритмичным дыханием большого животного. Два более значимых действия в осадочной геологии, отмеченные сотками публикаций в самых популярных интернациональных журнальчиках, притягивали внимание мировой научной общественности в течение крайних 3-х 10-ов лет:. Наиболее 30 лет назад группа геологов интернациональной нефтяной компании EXSON предложила новейшую концепцию последовательности осадочных толщ Земли.

В согласовании с ней слои осадочных пород повсюду залегают строго закономерно, образуя совокупы, которые циклически повторяются во временном геологическом разрезе. Цикличность связана с повторяющимися подъемами и падениями уровня Мирового океана в геологическом прошедшем — эвстатикой. Новенькая концепция вызвала большой энтузиазм у геологов и нефтяников, так как позволяла предсказывать залежи нефти и газа на территориях, еще не охваченных поисковыми работами.

Сахагяном из Института штата Огайо в настоящее время доктор Сахагян — декан факультета Института г. Лихайо в Пенсильвании получили 3-х летний грант Государственного научного фонда США на реализацию проекта «Количественная эвстатика Мирового океана во времени от среднеюрской эры до палеогена». Так как проведенные исследования до сих пор завлекают внимание профессионалов во всем мире, мне захотелось познакомить и читателей с данной концепцией и приобретенными нами плодами.

Так как у нас нет оснований колебаться в существовании Солнца и планет Солнечной системы включая Луну даже в самом отдаленном геологическом прошедшем, можно быть уверенным, что приливы и отливы имели место со времени возникновения Мирового океана и первородной суши, которая начала размываться, согласно датировкам более старых осадков морского происхождения, не наименее 4 миллиардов.

Невзирая на впечатляющий размах приливно-отливных явлений и их повсеместность, обширное распространение морских осадков на суше не связывают с приливами. Даже объединенных усилий Луны и Солнца сизигийные приливы недостаточно, чтоб поднять воду на высоту 10-ов метров. Нужны даже не столетия, а тыщи и миллионы лет. На это указывают датировки абсолютного возраста минералов в породах, образовавшихся из старых осадков. Со школьных лет понятно, что практически повсюду, где сегодня живет человек, в прошедшем было море.

В представлениях людей экспансии моря на континенты связываются с дальними геологическими периодически, но это не совершенно так. Море покрывало необъятные места практически на всех континентах по меркам земной истории сравнимо не так давно — в голоцене четвертичный период , т. К примеру, всего несколько 1000-летий назад море было всераспространено на севере Западно-Сибирской равнины, на севере Восточной и Западной Европы и Северной Америки.

В исторической памяти человека эти эпизоды полностью могли сохраниться и послужить основой для легенд о Глобальном потопе. Изучая морские отложения на современной суше, геологи установили, что на протяжении, по-видимому, всей геологической истории Земли морские воды временами покрывали значительную часть континентов. Потом вода уходила обратно в океаны, и материки осушались.

Эти действия — пришествия и отступления моря, либо трансгрессии и регрессии, чередовались многократно. Динамика исполинского дыхания Мирового океана повсевременно уточняется, но и сейчас уже ясно, что он дышал аритмично: не устанавливается серьезной периодичности в чередовании эпох доминирования океана и суши.

Размах затоплений и осушений изменялся во времени также незакономерно. Так, по данным В. Длительное время числилось, что морские воды попадают в глубь континентов только в тех местах, где земная кора проседает.

Это справедливо для ограниченных территорий, но для разъяснения одновременного затопления половины площадей всех континентов таковой подход не годится. Чтоб покрыть приподнятую над поверхностью океана сушу, необходимы большие объемы вольной воды.

Где ее взять? Возможны только два варианта: или откуда-то возникает «новая» вода, или какая-то сила вытесняет «старую» из океанического ложа. 1-ый вариант самый простой: в наше время новенькая вода в океане может показаться в большом количестве при таянии всех ледников на поверхности Земли. Подсчитано, что в этом случае суша ежели ее на уровне мыслей выровнять покроется слоем воды шириной наиболее 70 м.

Беря во внимание, что суша постоянно неровная, данной воды полностью довольно, чтоб разъяснить присутствие морских осадков как в центральной части Сибирской и Российской равнин, так и на Североамериканском континенте. Более убедительный пример такового догадки — обширное географическое распространение морских осадков четвертичного время от времени именуемого ледниковым периода.

Чередование ледниковых и межледниковых эпох зафиксировалось в геологической летописи «слоеным пирогом» из ледниковых и морских отложений по северной периферии Евразии и Северной Америки. Более изученные из их датированы началом вендского периода — млн. Считают, что высочайший уровень в середине венда, начале кембрия, начале силура, конце девона и начале триаса был должен конкретно таянию покровных ледяных щитов в районах Северного и Южного полюсов.

Но нереально разъяснить все высочайшие стояния Мирового океана в истории Земли лишь сиим. Во почти всех временных интервалах в докембрии и палеозое, во всем мезозое и в большей части кайнозоя существовал равномерный теплый климат. В отложениях этого возраста нигде на Земле не найдены древнейшие морены [1].

Наиболее того, нет прямых доказательств наличия в мезозое и палеогене ледяных полей даже в приполярных морях. На Земле в интервале —30 млн. Следовательно, в течение млн. Здесь мы подошли к одной из самых загадочных страничек истории Мирового океана: он продолжал дышать в мезозое, хотя новейшей воды от таяния льда не поступало. Наиболее того, самый значимый за всю историю мезозоя и кайнозоя выдох океана произошел в конце мезозоя — в позднемеловое время туронский век.

Никогда до и опосля того морские воды не покрывали настолько необъятные места на Земле. По подсчетам неких ученых, аква поверхность океана поднялась над современным уровнем практически на м. Из-за резкого углубления на дне неких морей и океанов появились аноксидные бескислородные условия.

Откуда же взялась вода? Так как новейшей воды не было, ответ может быть лишь один: сушу затопила древняя вода, которую что-то вытеснило с ее прежнего места. Геологи все больше склоняются к тому, что сиим «чем-то» могли быть подводные океанические горы-хребты.

Этот процесс идет и в наше время. Вот как он представляется спецам. Сильно упрощая реалии, можно огласить, что находящийся в центре Земли очаг жидкое ядро кипятит окружающие его и находящиеся в размягченном состоянии горные породы. В итоге термообмена создаются круговороты вещества в ячейках. На стыке примыкающих ячеек горячий материал поднимается к жесткой коре, расплавляет ее и отчасти выходит на поверхность.

Затвердевая на периферии шва, через который продолжают поступать новейшие порции, породы увеличивают океаническую кору и раздвигают само дно океана. Излишек вещества, поступающего в зонах раздвига спрединга из недр Земли, идет на формирование гор-хребтов. Обычный пример таковых образований в крайние млн. Находясь в неизменном движении, плиты сталкиваются меж собой. Сближение плит приводит к скучиванию пород и образованию гор к примеру, Альп и Гималаев.

В океане оно сопровождается погружением одной плиты океанической под другую материковую в так именуемых зонах субдукции к примеру, погружение Северотихоокеанской плиты Кула в Курильский и Алеутский глубоководные желоба. Этот процесс провоцирует землетрясения на Курильских и Японских островах, подобно недавнему наикрупнейшему событию на юге о.

Таковым образом, в одних местах Мирового океана появляются новейшие породы и подводные хребты, а в остальных древнейшие части плит совместно с накопившимися на их осадками погружаются в верхнюю мантию, размягчаются и участвуют в мантийном круговороте. Процесс идет перманентно — то ускоряясь, то замедляясь. Конкретно потому подъемы и падения уровня океана, с одной стороны, периодичны, а с иной — разновелики.

Геодинамическая гипотеза, объясняющая вековые дыхания океана, смотрится достаточно внушительно. По данным Библии, в итоге Глобального потопа над поверхностью Мирового океана торчала только вершина Арарата. Таковым образом, толщина аква столба, может быть, достигала наиболее 4 тыс.

Для того чтоб поднять воду над поверхностью Земли на такую высоту, потребовалось бы 4 тыс. В научной литературе дискуссируются наиболее умеренные, но все-же впечатляющие числа наибольшего эвстатического подъема до м в силурийское время. Но геологам известны случаи, когда толщина слоя воды на континенте достигала почти всех сотен метров. К примеру, глубина Западно-Сибирского позднеюрского моря в конце юрского и начале мелового периодов составляла, быстрее всего, не наименее м.

Но тут как раз тот вариант, когда региональное погружение совпало с эвстатическим событием. Основная неувязка в исследовании колебаний вод мирового океана состоит в том, что нет конкретного ответа на вопрос: почему инициальные осадки — самые ранешние из тех, что ложатся на дно опосля еще одного подъема вод океана выдоха , — не равномерны в глобальном распространении? В самом деле, ежели поступает новенькая вода либо вытесняется древняя, она обязана сразу покрывать все места на Земле, находящиеся на схожих отметках от среднего уровня моря.

Подобные места постоянно есть и были на всех континентах. Но нет ни 1-го временного уровня в геологической летописи, который можно было бы разглядывать как изохронный. Более обычное — часть осадков размылась в наиболее позже время. О схожих пробелах в геологической летописи писал еще Ч. 2-ое разъяснение принимается фактически всеми: в прошедшем как и сейчас происходили неравномерные вертикальные наряду с горизонтальными движения участков земной коры разной амплитуды и различного масштаба.

Ежели на некий местности сразу с подъемом вод океана земная кора поднималась с опережающей скоростью, ясно, что эту местность вода не покроет. Таковым образом, пришествие и отступление морских вод на ограниченные местности и даже в большие регионы не постоянно следует связывать с дыханием океана. Выявление следов дыхания — суровая неувязка, которая обязана решаться на базе междисциплинарных исследований.

Почти все животные разговаривают с помощью звуков, но ни у кого нет такового контраста, как у людей. За миллионы лет эволюция речевого аппарата дозволила нам выработать обеспеченный набор фонем и их вариантов. Одним из принципиальных конфигураций в теле человека позволившим ему обрести речь, стало уменьшение легочной альвеолы.

Этот типичный воздушный мешок развит у всех приматов, а у человека он перевоплотился в рудиментарный орган. По отсутствию соответствующего выступа подъязычной кости у скелетов наших предков можно найти, когда это вышло. У австралопитека афарского, жившего 3,3 млн. Барт де Бур из Амстердамского института Нидерланды задался целью услышать речь наших дальних предков.

Для этого он выстроил из пластмассовых трубок искусственный речевой аппарат человека. Исследователь пропускал через него воздух и записывал разные звуки. У одной половины моделей легочная альвеола была архаичной, а у иной — современной. Потом спец воспроизвел звуки 22 добровольцам и попросил их найти, что это за гласные.

Ежели они отвечали верно, г-н де Бур проигрывал звук опять, но уже с добавлением шума, затруднявшего осознание. Ежели ответ был неправильным, уровень шума, напротив, снижалсся. Выяснилось: когда человек слышал звук, произведенный без роли легочной альвеолы, он мог его верно найти при наиболее высочайшем уровне шума.

Воздушные мешки служили собственного рода большими барабанами речевого оркестра, резонируя на низких частотах и заставляя гласные соединяться. Частично из-за этого словарь австралопитека должен был быть чрезвычайно простым по сопоставлению с нашим, так как слова «мир» и «мэр» должны были звучать для него идиентично.

Интересно, что этот вывод подтверждают наблюдения за бойцами Первой мировой. Газ, которым их травили, иногда увеличивал рудиментарные легочные альвеолы, и некие бойцы начинали говорить так, что осознать их было трудно. Так какими же могли быть самые 1-ые слова? Обладавшему развитыми легочными альвеолами австралопитеку из всех гласных легче всего должен был даваться звук «у».

Бессчетные исследования проявили, что гласный проще произносить опосля согласного, а с «у» лучше всего идет «д». Выходит «ду». Создатели кинофильма «Кин-дза-дза! Термин «пещерный лев» не полностью корректен. Самые большие представители семейства кошачьих собственного времени жили, быстрее всего, под открытым небом, не имели гривы и были охотниками-одиночками.

Прозвище они получили в связи с тем, что их останки почаще всего находят в пещерах. Эрве Бохеренс и его коллеги из Тюбингенского института ФРГ проанализировали эталоны костей 14 пещерных львов, найденных в 4 пещерах Франции и Центральной Европы. Особи жили 40—12 тыс. Ученые сжигали крошечные фрагменты костей меньше миллиграмма и определяли молекулярный состав остатка. Эта разработка не так давно использовалась для определения рациона неандертальцев; к животным ее применили в первый раз.

На сейчас способ довольно точен, чтоб получить сведения о пары звеньях пищевой цепи. К примеру, можно осознать, охотились ли львы на взрослых пещерных медведей либо их детенышей крайние пьют молоко, и их хим «сигналы» совершенно остальные. Как выяснилось, львы предпочитали медвежат, но их возлюбленной едой был северный олень, потреблявший, как и потомки, большущее количество лишайника.

Таковым образом, пещерный лев был достаточно привередлив, в отличие от львов современных, которые едят практически все, что могут изловить. Почему же они вымерли? Около 19 тыс. На смену холодным степям приходила лесная чаща. Северным оленям это пришлось не по вкусу. Совместно с ними из Европы пропали и те, кто на их охотился. Кстати, приблизительно в то же время вымерли и пещерные медведи. Комментаторы отмечают, что исследование имеет очень узенькие географические рамки, чтоб судить обо всех пещерных львах, ареал которых простирался от Испании через Европу и Сибирь до северо-запада Северной Америки.

Почему же нет? Естественно, у рыб есть обоняние! Вы замечали, что у рыб на голове есть ноздри? А ведь подавляющее большая часть рыб через ноздри не дышит. Ноздри у их ведут в слепо замкнутые мешки. Тем не наименее, через эти мешки создается ток воды. Вход в ноздрю у почти всех рыб разбит на два отверстия, и через одно вода заходит, а через другое выходит за счет биения ресничек это не такие ресницы, как на наших очах, а микроскопические подвижные выросты клеток.

Снутри мешков есть особенные клеточки обонятельного эпителия. На их тоже есть ресницы, но неподвижные. Они погружены в слизь. Эти ресницы и воспринимают запахи. От другого конца клеток отходят нервные отростки, из которых состоят обонятельные нервишки. Они передают информацию о запахах в особенный отдел мозга — обонятельные луковицы.

Наблюдения за поведением рыб демонстрируют, что запахи играют важную роль в их жизни. У неких рыб найдены половые феромоны — пахнущие вещества, служащие для вербования особей противоположного пола. Есть у почти всех рыб и «феромоны тревоги» — они выделяются из кожи рыбы при ранении и служат для остальных рыб сигналом угрозы.

Лососи по запаху воды находят дорогу в родную реку, когда ворачиваются из моря на нерест. Еще почаще рыбы употребляют чутье для поисков еды. К примеру, акулы чуют кровь раненой жертвы. Сравнимо не так давно выяснилось, что на клеточках обонятельного эпителия есть чрезвычайно различные белки-рецепторы — особенные молекулы, с которыми связываются молекулы пахнущих веществ.

Сопоставление различных животных показало, что ежели разновидностей таковых белков много, то чутье развито отлично — животное может различать много запахов и имеет узкий нюх, то есть ощущает запахи веществ при наименьшем их содержании в воздухе либо в воде. За каждый таковой белок отвечает особенный ген.

Ежели чутье утрачивает важную роль по сопоставлению, к примеру, со зрением, то некие из этих генов в процессе эволюции портятся. Тогда белок, за который таковой ген отвечал, больше не появляется. Чем больше процент «сломанных» генов — тем меньше роль чутья.

У отлично изученной рыбки данио работающих генов приблизительно , «сломанных» — около 50; у шпорцевой лягушки генов работают и «сломаны»; у различных птиц всего от до генов, при этом не наименее половины работают; у мыши около генов работают и около не работают; у человека приблизительно генов работают и наиболее по остальным данным, около не работают.

Судя по сиим данным, даже у птиц чутье достаточно отлично развито хотя еще не так давно задумывались, что большая часть птиц его лишены. Любопытно, что некие белки-рецепторы отвечают за восприятие веществ, растворенных в воде, а остальные — за восприятие летучих веществ, переносимых по воздуху. У рыб есть практически только «водные» сенсоры — запахом цветов рыбы не интересуются.

У птиц и млекопитающих сенсоры практически только «воздушные». А вот у лягушки есть и те, и другие: может быть, «водные» сенсоры необходимы головастикам, а может быть, и некие взрослые лягушки могут чуять что-то и под водой, и на суше. Вообщем, способность распознавать присутствие в воде либо в воздухе пахнущих веществ есть практически у всех организмов — даже у микробов и растений. Да-да, растения тоже «чуют» некие вещества!

К примеру, растение, погрызенное травоядными, выделяет в воздух этилен, и для примыкающих растений он служит сигналом волнения — они начинают усиленно производить ядовитые вещества для защиты от поедания. Единственная изученная группа животных, у которых нет либо практически нет чутья — это зубатые киты дельфины, касатки и кашалоты. У их нет ни обонятельных луковиц, ни обонятельных нервишек. Это и логично — ведь их предки жили на суше и утратили «водные» сенсоры.

А когда киты на сто процентов приспособились к жизни в воде, «воздушные» запахи их не стали интересовать, как и рыб. Исследователи из институтского института Лондона отыскали еще одно применение средствам, предназначенным для науки: узнали обычный секрет, помогающий почаще выигрывать в популярную детскую игру. Ученые попросили 45 взрослых добровольцев несколько раз сразиться меж собой в «Камень, ножницы, бумага».

При этом у 1-го либо обоих игроков сходу были завязаны глаза. Оказалось, что в случае, когда лишь один человек лицезрел руку напарника, ничьи к примеру, камень против камня случались почаще, чем победы 1-го из игроков. А также, что зрячие традиционно задерживали жест приблизительно на миллисекунд.

Возможно, дело в природном стремлении человека копировать деяния остальных людей, считают англичане. На примере игры, где копирование — путь к проигрышу, ученые проявили, что такового рода «имитации» делаются людьми непроизвольно, а также, как мы подвержены влиянию окружающих, даже тогда когда дело касается личной выгоды. Выходит, что сейчас к имеющимся рецептам выигрыша можно добавить еще один: не глядеть на руки напарника. По данной нам игре проводятся чемпионаты мира со значимым призовым фондом, которые освещаются ведущими изданиями.

Знатоки игры говорят, что можно распознать определенные неслучайные «паттерны» в поведении конкурента. Это соединено также с тем, что во время второго раунда человек подсознательно указывает то, что могло одолеть его в прошедшем. Так что ежели в 1-ый раз противник выкинул «камень», то во 2-ой раз целенаправлено демонстрировать «ножницы»: он, быстрее всего, выберет «бумагу».

Германские ученые отыскали разъяснение курьезному факту: пассажиры самолетов с наслаждением пьют томатный сок, даже ежели не притрагиваются к нему на земле. Это показал опрос, проведенный по заказу веб-сайта бронирования транспортных, гостиничных и веселительных услуг Lastminute. Маленькая толика опрошенных аргументировала собственный выбор тем, что считает томатный сок полезным либо просто повторяет за пассажиром, сделавшим заказ ранее.

Химик, спец по запахам Андреа Бурдак-Фрайтаг из Фраунгоферовского института строительной физики провела исследование для авиаперевозчика Lufthansa, которое обязано было содействовать улучшению бортового меню. По ее словам, в критериях пониженного давления пища и питье имеют таковой же вкус, как ежели бы у нас была простуда.

Но фруктовые запахи и кислые вкусы остаются стабильными. Потому томатный сок, который на земле кажется землистым и затхлым, в полете приобретает приятный «прохладительный» вкус с фруктовыми цветами. Хотя марихуану можно, наверняка, именовать самым легкодоступным и популярным наркотиком, ее действие на организм исследовано слабо.

Ученые издавна пробовали узнать, какие процессы в мозгу стоят за переменами в поведении и памяти, провоцируемыми марихуаной. Но все результаты отличались неясностью. Рабочей гипотезой было то, что определенной зоны действия у наркотика нет, и его эффект связан с способами сообщения меж различными отделами мозга.

Исследователям из Бристольского института удалось в конце концов получить точные данные, подтверждающие эту теорию. Опыты проводились на крысах. Чтоб получить информацию о том, как каннабиноиды содержащиеся в марихуане влияют на мозг, ученые вживляли крысам электроды, записывающие активность их нервной системы, вводили им наркотик и отпускали в лабиринт находить еду. Выяснилось что крысы «под кайфом» находили и запоминали верный путь в лабиринте с огромным трудом.

При этом каких-то различий в деятельности отдельных областей мозга не отмечалось, зато удалось найти рассинхронизацию в передаче сигнала меж гиппокампом и префронтапьной корой. Мэтт Джонс, один из соавторов работы, ассоциирует ситуацию с тем, как ежели бы у симфонического оркестра вдруг исчез дирижер: без управляющего сигнала стройное звучание перевоплотится в какофонию.

Разница не наименее чем в два года меж братьями либо сестрами оказалась безупречной для интеллектуального развития старшего из малышей. К такому выводу пришла группа исследователей под управлением доктора Кейси Баклс из южноамериканского Института Нотр-Дам в штате Индиана. Группа Баклс исследовала наиболее 3-х тыщ дам, которые родили не наименее 2-ух деток. Исследователи оценили результаты тестов на счет и чтение, выполненных детками в возрасте от 5 до 7 лет.

Ученые нашли, что старшие малыши в семье, у которых последующий по возрасту брат либо сестра как минимум на два года младше, существенно лучше старших в паре погодков управляются с заданиями по арифметике и чтению. При этом на академических успехах младших деток разница в возрасте со старшим братом либо сестрой никак не сказывалась.

Исследователи представили, что таковой эффект связан с продолжительностью периода, когда старший ребенок является единственным в семье, и предки могут уделять ему все свое внимание. По мнению доктора Баклс, чем подольше таковой период, тем лучше проходит развитие малыша. Ученые из Англии объяснили наличие волосяного покрова на теле человека необходимостью защиты от кожных паразитов. Исследование провела группа профессионалов под управлением Майкла Сива-Джоути из Шеффилдского института в Великобритании.

Для роли в исследовании в опыте были отобраны 19 парней и 10 дам. Пушковые волосы на предплечье одной из рук у каждого участника были сбриты. В ходе опыта ученые просили добровольцев отвернуться, а потом помещали 5 постельных клопов на ту либо иную руку. Задачей участников было докладывать исследователям каждый раз, когда у их появлялись посторонние чувства на коже предплечья — это фиксировалось как обнаружение паразита.

Не считая того, ученые регистрировали время, которое требовалось клопам, чтоб начать сосать кровь. По данным исследования, добровольцы докладывали о присутствии насекомых на побритой руке в три раза пореже, чем на конечности с сохранным волосяным покровом. Паразитам также требовалось на 30 процентов больше времени, чтоб приготовиться к высасыванию крови из небритой руки.

Присев на мокроватый парапет набережной, храня тягостное молчание, мы дымили сигаретами, и ветер дул нам в спины. Холода мы не ощущали. Только потом, волочась к Тройке Троицкому предместью , мы ощутили промозглую зябкость. Отсутствие людей создавало одичавшую пустынность.

Обогнув Тройку, мы вырулили к скверику около Оперного театра. Там опять курили. Было три часа ночи либо три часа новейшего дня. Во всяком случае, столько демонстрировали часы. Во всю силу лёгких вдыхая запах возлюбленных "Ligeros", я смутно вспоминал, как опосля их здорово подсаживались мои голосовые связки, а глас звучал весомо низковато, с мужественной хрипотцой. Почему-либо на душе у меня было чрезвычайно расслабленно, как будто происшедшее коснулось меня только краем.

Убаюканный ночной тишью, Минск спал. А, может, лишь притворялся спящим? На приключившуюся со мной беду мой город отвечал безразличием. Либо он делал вид По-любому, Минск смотрелся безучастно вежливым, когда я не осознавал, как мне быть далее, и ожидал хоть какой-либо подсказки. Не против? Отвечая на два вопросца, я поначалу утвердительно кивнул, а позже покачал головой как как будто отрицая. Сделав это, я ощутил себя ущербным, хотя ранее делал такового рода движения, очевидно, не один раз и ничего при том не испытывал.

Практически без скрежета открыв дверь, не зажигая в коридоре свет, а воспользовавшись, как воры, фонариком, мы украдкой пробрались в мою комнату, включили торшер и долго посиживали друг против друга, молча роясь в собственных мыслях. Наверняка, моему лучшему другу было мало совестно: мысль принадлежала ему, а рассчитывался - я. Мы не обсуждали - мы соображали, отчего возникала неловкость. Время от времени Женька совсем искренне тихо вздыхал, но сожаление, исходившее от него, мне было нестерпимо Поднявшись с кресла, Женька расположился на диванчике , я приблизился к письменному столу и взял школьный ежедневник, лежавший поверх учебников с тетрадками.

Я вывел карандашом на титульном листе только одно слово "поздно" и передал Женьке. Той памятной ночкой сон не забрал нас в забытье. Укрываясь общим пледом, лёжа бок о бок, мы понимали, что отныне уже принадлежим к различным мирам, и жизненные тропинки наши отныне будут пересекаться всё пореже и пореже, что Судьба нас разводит, что у нас различные ориентиры.

Той памятной ночкой я сообразил, что время имеет вес: оно стало для меня томным. За что?! Так ли велика моя повинность?! Но в чём?! В прошлой жизни?! Моя память не сохранила её подробности. И тогда выходит, что возмездие бессмысленно!

А может это просто рядовая проказа чёрного шутника Нелепого Варианта, столкнувшего меня в сугроб молчания?! Лишь почему конкретно я?! Рассвет принудил Женьку суетливо собираться. Фактически, собирать Женьке было особо нечего. Рассматривая под ногтями полумесяцы чернозёма чтобы не смущать его , я невольно вспоминал наш личный дом на 3-м Белорусском переулке, который выстроил дед, который снесли бульдозером, расчищая место под будущее общежитие технологического института, до этого чем выслать нас на окраину в добровольно-принудительную ссылку, на проживание в пятиэтажке по улице Уборевича.

Я вспоминал бабушкин трельяж и колье из перламутровых пластинок отполированных морских ракушек, нанизанных на шёлковый шнурок , предмет откровенной гордости моей тётки Тамары, пользовавшейся ради цветовой палитры перламутровым лаком для ногтей. Чрезвычайно долго из-за ненароком брошенной шуточки Тамары я уверенно считал, что ногти она отращивает лишь для того, чтоб их обрезать и носить в виде колье. Лучше стрелку забьём. Скажем, в скверике около общаги консы.

Я кивнул, дескать, лады. Женька опять сконфузился от ошибочно подобранного выражения, он поправляться не стал и свалил, сделав мне кулаком "Ротфронт". Понимание собственной наивности практически совпало с прозрением - я сообразил, что варварство моей тётки Тамары ни что другое как её обман, шуточный и безопасный. Конкретно с сиим событием связано и моё вступление в осмысление данности на отменно наиболее высочайшем уровне: моё детство совсем без конвульсий передало бразды правления моему отрочеству.

Аналогичное чувство я испытал, когда Водопьянов понуро собирался. Я внятно ощутил, что отрочество моё отдало приказ мне долго жить, а двери моего естества уже вовсю сотрясаются под ударами безудержно ломившейся молодости, готовой преподавать мне свои романтично кровожадные дисциплины. Фигурально выражаясь, когда уткнувшись лбом в стенку задачи, мы осознаем, что раскидывать мозгами бесполезно, что выхода просто нет, тогда приходит понимание того, что "выход" время от времени находится там же, где находится "вход", что необходимо принять единственно верный курс - идти на пролом до конца.

Я пробовал глас, старался, вспоминал, как делал это ранее, но у меня ничего не получалось: одичавшая глоссолалия, бессвязные звуки несуществующего языка, ничтожно ничтожный, неопределённый набор нот вырывался с моим дыханием. Я пробовал опять - безрезультатно. Артикуляция выходила. Звук - нет. Делать нечего? Оглянувшись, я увидел мама. С босыми ногами, в ночной сорочке. Она стояла в проёме-косяке дверей моей комнаты, точно фотка в рамке, с припухшими ото сна веками.

Смотря на мама, я поразмыслил, что некогда по возрасту она была старше меня практически в 20 четыре раза когда родила меня , а сейчас разница сократилась до неполных трёх. Спал бы для себя. В слабенькой надежде на возвращение голоса, я напустил на себя как может быть беспечный вид и пожал плечами. Мама ушла. Плохо мне тогда было, кто бы знал.

Мама ещё не знала про приключившеюся со мной беду. Я размышлял, каким образом мне разъяснить мамы, что такое обычное вчера кануло в прошедшее, а сейчас - её отпрыск неполноценен. Пережив ломку голоса, изобиловавшего истерично визгливыми нотами, приобретя собственный, свой! Я представлял, как к моей тяжести цепляется груз сожаления мамы, и угрюмое отчаяние овладевало мной уже с двойной силой.

Выдержать 1-ый натиск было трудно, проще, наверняка, было повесится. Валяясь в постели, я полностью серьёзно взвешивал, что моей мамы предпочтительнее: мычащее животное в виде меня, или мой прекрасный труп. Позже мама позвала меня завтракать.

Мы пили какао, закусывали бутербродами с сыром и молча слушали радио. Без воодушевления. От навалившейся голодухи, я усердничал челюстями и, вгрызаясь, тромбовал пищей кишки. Синхронно мне хотелось отложить личинку, и это смешанное чувство незначительно отвлекало мое внимание от пессимистически сероватых картинок индивидуального грядущего, которое мне рисовало моё воображение.

Я представлялся для себя некоторой органической машинкой. Я был тем ласковым и светлым с утра некоторым существом-фильтром. Млрд людей той солнечной ранью, осознанно либо бессознательно, являлись существами-фильтрами. Может даже не лишь тогда, а постоянно Мегатонны разной жратвы: мучные черви и мясо мертвых животных, дары морей и ласточкины гнезда, вершки и корни, тучи насекомых и своры пернатых друзей, друзей и недругов, поваренной соли и проверенного сахара, пестицидов и радионуклеидов, и ещё, и ещё, и ещё Перерабатывали океаны питья и мегабайты инфы.

И выбрасывали из анальных отверстий, блевали из головы. И ведь всё непопросту. Ведь всё во имя Чего-то И так было постоянно, и так постоянно будет. Потом мама убирала квартиру, пока я, оперевшись локтями на письменный стол, глупо посматривал то в окно, то на часы.

Около полдвенадцатого затрещал телефон. Трубку подняла мама, пока я лихорадочно соображал, как стану выкручиваться, ежели звонят мне. Вправду, в наушнике трубки послышался Женька. Женька не знал да и откуда , что я уже у аппарата.

Вообщем, я решил её достаточно скоро. Я вроде как кашлянул. Прямо ему в ухо. Я ему ещё раз в ухо Ну, как здоровье? А, ну да Слушай, меня тут предки заарканили. Плановая уборка. В общем, давай на три перенесём. То же место. Ну, бывай. Маленький зуммер ответил мне на мой немой вопросец нескончаемым многоточием. Обет молчания дал? Скоро я скипнул из дома и слонялся по городку битых два часа, но уже в Женька нарисовался в Женька часто опаздывал и, как правило, не извинялся. Вообщем, я никогда не дулся.

Возможно, потому он повсевременно и опаздывал. Завтра сачкуем школу и ломимся в поликлинику. А сейчас почапаем в Тройку. Пенёнзы-тугрики отслюнявливаю я. В Тройке Троицком предместье , поточнее в корчме "Апошнi грош", где кучковалась продвинутая молодёжь, мы неспеша потягивали кофе по-турецки, с наслаждением трескали слоёные пирожные, напрягались от музыки, вырывавшейся из охрипших, как будто обкуренных "Ligeros", динамиков и тайком рассматривали публику. Высовываться наружу особо никому не хотелось: там дождило.

Локальный климат корчмы располагал к цивильной размеренности, а местный люд, включая нас с Женькой, завсегда различался некоторой разновидностью снобизма, чуток замешанного на формализме, в общем - понтовостью.

Только лишь увлечённая собой пожилая парочка он и она выделялась на этом вычурном фоне. Псевдомелодраматически закатывая зрачки к потолку, она громко откровенничала про барахлившее у неё сердечко и несварение желудка, а он, вслушиваясь в подробности раскрываемого ему внутреннего мира, обеспеченного на недуги и хвори, как-то благоговейно прикасался к её пошарпанному мольберту.

Почему-либо мне с уверенностью показалось, что в том мольберте должны хранится наброски изнеженной живописи, выполненной грязноватой краской с несколько тяжелым заглавием гуашь. Полностью отчётливо представлялся бисквитный тортик с марципанами.

Но колебаний в её принадлежности к цеху реальных живописцев у меня не появлялось. Смотри кто идёт! Подмоченный осадками Виталик, компаньон Женьки, возник, когда стрелки моих "командирских" свесились на полшестого, и здесь же занимательно заповествовал про Ноя, собственного товарища по словам Виталика, когда-нибудь о нём должны были сказать: "Учитель, ловко прикидывавшийся учеником" , не так давно возвратившегося из Восточной Пруссии так Виталий называл Калининградскую область по чисто экзотическим суждениям, а не политическим.

Ной "пропадал" в Восточной Пруссии на приватных раскопках и "нарыл там до фига прикольного", не считая всего остального - морфин в истлевших картонных упаковках, в которых часть ампул разбилась, а испарившийся морфин образовал на стеклянных осколках белоснежные кристаллы.

Но были и целые ампулы. Из них-то они шприцем соки и высасывали. Подарок из далёкого го конкретно таковой датой были маркированы коробки "вставлял нормально". Узнав о том, что Виталик системный торчок, я лучше врубился в вяловатую влажность его рукопожатия.

Пока Женька и Виталик трындели о чём-то собственном, я рассеянно слушал и следил за женщиной, сидевшей прямо за спинами ребят. На вид ей было около 20. Магнетически привлекательная, она смотрелась уравновешенно эксцентричной. Пользуясь всеобщим ко мне невниманием, я внимательно изучал: её глаза в опушке рыжих ресниц, большой пленительный рот, узкий и чуток длинный нос, по-птичьи загнутый книзу, ослепительно белоснежную кожу, небольшую родинку на правой щеке, кратко подстриженые волосы цвета каштана, долгую шейку, как у нарисованных дам Модильяни, ловко посаженную меж изогнутых луком ключиц, узенькие кисти рук с аристократически изящными пальчиками, мешковато сидячий костюмчик, чёрную в белоснежный горох рубашку, лёгкий поворот головы, прицельно фиксированный взор, ухмылку Да, смотрелась она полностью экстравагантно.

По самым высочайшим ставкам. Она смотрелась доступно недостижимой. Отдавая для себя в том отчёт, я увидел её, как картину из престижного буржуйского журнальчика. Позже некий мужчина притащил ей мороженое. Обхватив пломбир своим огромным жарким ртом, медлительно вытягивая и слизывая, она растапливала его, сглатывала. Причём так деланно похотливо, что у меня лишне резко появилась эрекция. Было видно, что она делала это специально. Наверняка, так она прикалывалась. Она меня не замечала.

Казалось, она вообщем никого не замечала. Её взор скользил, не задерживаясь, не разглядывая, только время от времени, кратко, чрезвычайно точно, прямо в глаза И прямо мне в глаза. Так внезапно! Я даже чуть-чуть растерялся, но никто не направил на это внимания. Всё-таки не так просто в четырнадцать лет, будучи девственником, твёрдо выдержать взор дамы, к которой неровно дышишь. Лишь три мгновения. Раз-два-три всего-лишь по три буковкы в каждом слове , ухмылка, годная как для официальных встреч, так и для романтических, и всё - взор уплыл.

По-моему, я тоже успел ей улыбнуться. Братьев у меня не было. Двоюродные тоже отсутствовали напрочь. Скоро Виталик отлепился от нас и пристал к иной компании. Разношёрстная корчмовая публика наливалась коктейлями, сновала, бродила, курила, бубнела, вникала, подливала, жевала, пританцовывала, падала, расслаблялась, дурачилась, оттягивалась, оттопыривалась.

Выпендриваясь, каждый корчил из себя джокера. Дескать, я таковой смешной, но в случае что могу даже побить. Девушки-милашки тоже особо ничего не смущались. Каждый из их был по-своему обаятельный. Они пузырились разноцветными шариками, как пена в ванной. Они были внутренне незапятнанными, но какими-то пустыми. Хотя, полностью может быть, я ошибаюсь.

Поэтому что мне было душно, а не считая того я чувствовал в для себя присутствие некоторого мизантропа. Когда Виталик уже вовсю тусовался кое-где там в стороне, к нашему столику подсела парочка женщин, а позднее - Савраскин так он представился - дяденька приблизительно лет сорока в кримпленовых штанах с идеальными стрелочками, в кожаном пиджаке устаревшего фасона и розовой рубахе.

Подержанно-респектабельный, Савраскин уже первого взора смотрелся несколько подозрительным. Во всяком случае, высохшие белёсые пятна на его штанах, тождественно похожие как на селикатный клей так и на сперму, доверия уж точно не внушали. Дамский пол его очевидно не интересовал. Втиснувшись меж Женькой и мной, Савраскин нёс какую-то пургу про греческие легенды, а лихорадочно-беспокойные и скользкие его ручонки c пальцами, по которым временами проносилась маленькая рябь, нагло приноравливались потрогать нас за коленки.

Угощаясь за счёт Савраскина кофе с бальзамом и апельсиновым соком, мы слушали его типо непринуждённый монолог. Сомнительная, скажу для вас, забава. Деликатность настолько щекотливого момента я оценить был практически не в состоянии. Я просто не врубался, как необходимо реагировать на его неординарные манеры. Женька же нахально, так ласково-с-придурью, рассматривал Савраскина, а когда он сказал нам, какой он превосходный банщик и массажист зыркалы его при этом сделались маслеными, а мокрые губки похожие цветом на свиную ветчину расползлись в хищную ухмылку , Водопьянов подмигнул мне и зарядил ахинею про невыполненное домашнее задание, боли в мозжечке и волнующихся предков.

Савраскин канул в Лету. Возможно, параллельно курсу Савраскина, с переполненными мочевыми пузырями и отупевшими от алкоголя мозгами, мы драпанули на свежайший воздух потом, чтоб опорожнить 1-ое и проветрить 2-ое. Самая крупная дикость кавярни была в отсутствии в ней туалета.

Там наливали. А отливать приходилось где угодно. Поэтому что в ресторан внизу, где удобства имелись, из-за неизменной переполненности, как правило, не впускали. У выхода из кавярни, нос к носу, как будто ниоткуда, я столкнулся с той экстравагантной незнакомкой. Внезапность сыграла со мной злую шутку: не успев сдержать собственный выдох, я по-хамски, прямо ей в лицо из собственной пасти выпустил облачко сигаретного дыма.

Рассеявшийся никотиново-углекислый выброс нашли её недоуменность. Очень смутившись, я только дурацки скалился, качал башкой и отчаянно разводил руками. Способности попросить прощения другим методом мне не представлялось. Возможно, нечто забавное присутствовало в моей импровизированной пантомиме, поэтому что заместо понятной реакции на невольную грубость с моей стороны она примирительно улыбнулась.

Поблизости мне удалось рассмотреть её поподробнее. Соответствующие детали выдавали тайну её возраста. Я ошибся лет на пять-семь. А тогда я вообщем был уверен, что дама, коей отстукало больше чем 20 5 уже практически пенсионерка. Но вообщем, без всяких "но" - смотрелась она на три восклицательных знака. А что же ещё!? Очень прочно. Хотя я пробовала. Бумажка сладенькая. Такую ароматную кубинскую дешёвку предпочитает мой старенькый хороший знакомый.

Он оценил бы твой выбор. Это прозвище для тебя о чём-нибудь говорит? Ной тоже странноватый, - произнесла она, бесцеремонно меня разглядывая. Какое-то неуловимое сходство. Задачи моды никогда меня не интересовали: что напялить на себя никогда меня не занимало. Моё классическое образование вдохновляло учесть индивидуальности избранного сегодняшней модой направления и дистанцироваться в чопорную противоположность, хотя я не знал ещё, что джинсы нужно носить или "левайс" ой модели, или "рэнглер-вестерн".

Лишь, заметив её элегантный прикид, я комплексно засмущался собственных форменных школьных штанов и пуловера Пинской трикотажной фабрики. Пронизываемый лептонным газом, его сверхлёгкими наночастицами массой от до граммов , и пониманием своей ущербности, я спустился на набережную, где слушал тишину, которая время от времени является музыкой не для слабеньких нервишек. Течение реки уносило мои мысли плавненько, но тревожная данность иногда всплывала и напоминала мне о том, что прежняя моя жизнь изнутри отдала сильную трещину и стремительно пошла ко дну, где воспетые романтиками черёмуховые холода совсем не соответствовали обычному ультравторжению арктических масс гидрометеорологического воздуха.

Отливали мы дуэтом. Под мостом. Тут же практически , коптили "Ligeros". Сигареты по словам Женьки были "тяжёлыми". Кидали в чёрную воду камни. Позднее к нам подрулил Виталик с каким-то парнем и женщиной. Фризби - так звали её, его - Лимонад. Она: юбочка с узорчатый оборкой, дуэльная рубашка с брыжами очевидно с чужого плеча , сапоги на шпильках, джинсовка "Lee", кожаные фенечки на запястьях, усталые глазища, неумело раскрашенное лицо.

Она была как растение. Он: борода типа мочалка, лохмотья волос, на широкой груди болтался брезентовый ксивник, руки - не руки, а клешни. Таковыми я представлял викингов. У Лимонада была сумка на ремне, в ней - батарея бутылок. Привычка - совсем не 2-ая натура, как принято считать, а 1-ое правило. Недостатка общения мной никогда не испытывалось, другой раз просто не хватало способности задавать наводящие вопросцы, содействующие получению доборной инфы.

Вообщем, обратная сторона медали отблескивала положительное: сие событие принуждало меня обучаться читать меж строк, так огласить, постигать азы физиогномики. Под мостом мы булькали из гортани портвейн и говорили ни о чём, я ни о чём молчал, только улыбался.

Моя принужденная сдержанность, кажется, пришлась по душе нашим новеньким приятелям. Ненавязчиво Фризби мне навязала игру так, наверняка, она считала , хотя её, на самом деле, спровоцировал я. Внимательно вбуравливаясь друг другу в зрачки, мы пробовали передавать информацию на расстоянии. В шуточку. Потом Фризби лаского обвила меня руками, как ласковый плющ, и мы стали лобзаться.

Мы расстались с ними так и не договорившись о последующей встрече, как расстаются попутчики - с невнятной надеждой на случайность, которой быть не предначертано. Я добрался домой в без мелочи одиннадцать, когда матушка уже вовсю похрапывала. Бесшумной тенью я прошмыгнул в свою комнату, разделся при тёплом освещении торшера, врубил свою задрипанную "Электронику" третьего класса на минимум, свалился в кровать и скоро под аккомпанемент самой ночной команды Pink Floyd , припоминая действия первого дня моей новейшей жизни, опустился в сон, где на ровно зеленевшем луге высились земельные курганы, как будто вырытые какими-то циклопическими кротами, а меня от невыносимого голода тошнило и, как будто чего-то боясь, я запихивал эту вонючую блевотину обратно назад, для себя в гортань, жадно давясь и рыдая от одичавшей мерзости.

Наивно и трусливо избегая уже свершившегося факта, по первому же зову мамы я натянул брюки и выскочил в ванную. Может быть, лишне долго поплескавшись, я возвратился к для себя в комнату, лишь не за тем, естественно же, чтоб внимать там в принципе справедливым упрёкам мамы по поводу включённого на ночь магнитофона, и иной риторике, типа "квартиру сжечь хочешь? Язык проглотил?! Уровень серотонина в моих мозгах снизился чертовски.

Отвратительно липкая жалость к своей персоне нахлынула на меня в один момент и стремительно, губки невольно растянулись в какую-то плаксивую усмешку, а глаза набухли от слёз, отчего изображение исказилось до неузнаваемости, перевоплотился в некоторый хаотический набор цветовых пятен. Не дожидаясь очередных вопросцев, я ретировался в ванную. Спрашивать ни о чём не буду. Умывайся и завтракать. На занятия опоздаешь! Мамы было невдомёк, что среднее образование её отпрыска под огромным вопросцем, не додумывалась, что предстояло неизбежное испытание на выдержку, хотя надежда на доктора у меня ещё теплилась.

Успокоившись, я выполз из невольно-добровольного и очень мокроватого заточения, влил в себя кружку уже практически замёрзшего байхового чая, завернул бутерброды с варёной колбасой в салфетку, и сунул их в спортивную сумку, которую я употреблял в том числе и для переноски учебников.

Спешно одевшись, я выскочил на улицу. Развалившись на лавке в скверике напротив общаги консерватории, мы вдыхали с Женькой через полчаса запах первой утренней сигареты. Кстати, самая-пресамая 1-ая сигарета случилась в пионэрлагере "Ясная поляна", где у меня форсированно развивались множество межполовых отношений.

Помнится, опосля длительного петтинга, мы валялись в стоге сена за территорией пионэрлагеря с женщиной, и она, украдкой посматривая на металлический забор, за которым нас прятали от всего мира, с наслаждением курила сигарету "Космос", пока я размышлял о мерах противопожарной сохранности в варианте очень торжественной иллюминации. Вдыхаешь, как как будто тебя испугали.

Ой, мамочка!!! И вы-ды-ха-ешь". Старательно проделав предложенную функцию, я посинел, как будто от резко померкшей ярмарки жизни, и встал в замешательстве от творившегося со мной безобразия. Вцепившись за верхушку юной берёзки и раскачиваясь в такт хаотично закрутившейся планетке, я сообразил, что с табак - это субстанция не для моего незапятнанного организма. Нааэрировавшись вволю, мы двинулись в поликлинику, где Женька почему-либо решил, что нам нужен лор-врач.

Близнецы, что ли?! Кто болен?!! Женька вышел. Я остался. Я красноречиво молчал. А когда, оторвавшись от собственных манускриптов, он посмотрел на меня - выразительно тронул рукою шейку. Я подтвердил. Раскрыв рот, я высунул язык. Доктор посмотрел, как будто приноравливаясь к оптическому прицелу, нажал на нёбо прохладной плоской железякой, позыркал большим, привязанным ко лбу зеркально-параболическим прибором-глазом, у которого заместо зрачка зияла дырка, да так далековато позыркал, что, видать, увидел мои внутренности, углубился Аж челюсть свело судорогой.

Опосля такового кропотливого осмотра доктор откинулся на спинку стула, пощурился на меня недоверчиво-презрительно и сказал: - Гортань в порядке. Я отрицал. Сметая на своём пути все фортификационные сооружения, штурмуя с флангов, ко мне на выручку, обширно раскрыв двери, подоспел Женька наверняка, подслушивал и обрушил на доктора шквал чувств и беспредел словоизвержения. Осознаете, ежели за пиздёжь платили бы средства, то мой друг был бы самым богатым человеком на планетке, по последней мере пиздючий ящик под заглавием телек перед талантом Женьки просто отдыхал.

И пока Водопьянов плёл про какого-то умопомрачительного маньяка, дюже меня напугавшего, не скрывая удивления, доктор исподлобья бурил своим взором мне право-левый хрусталик. Я подтвердил, как ни в чем ни бывало. Восьмой кабинет, - порекомендовал он нам. Флаг нам в руки и барабан на шею! Очутившись за порогом вотчины оторинголога, мы собрались рвать когти к доктору по инвалидам умственного труда, но нас тормознули: - Обождите.

Я проведу. Психоневролог так значилось на табличке прибитой к некогда белой двери , заложив ногу за ногу, штудировал помятый "Вечерний Минск". Шерстистость на мужском теле считается признаком материального бог атства, хотя, молвят, черти тоже различаются лишней волосатостью. Доказательством тому чему - не знаю служила выя доктора, снабжённая золотой цепурой, какими привязывают лодки к причалу, на которой болтался магендовид размером с БелАЗовскую шестерню.

Коротко, что сообразил из поведанного Женькой, лор устно передал коллеге и вышел, так огласить, весь, но по частям - поначалу руки и ноги, опосля туловище, в последнюю очередь голова. Оставшийся же доктор, бегло меня осмотрев, позвал Водопьянова. Пока Женька чуток сбивчиво, но толково излагал версию с ролью мифологического маньяка, психоневролог нас пристально изучал. Причём он делал это таковым образом, что, казалось, как будто он дотрагивался.

Действие его жидких глаз было практически физическим. Позже доктор попросил меня раскрыть рот пошире. Потом, по наущению "дуркатерапевта", я тужился извлечь из собственного гортани что-нибудь схожее на солидный звук. Как досадно бы это не звучало, ничего у меня не получалось: снутри кое-где заклинило. Притомившись от скуки поликлиники, мы забурились с Женькой в кинозал "Радуга". Сеанс был дневным и потому дешёвым.

Кинофильм оказался тоже дешевым, хотя и двухсерийным. Смертельно проголодавшись к финальным титрам, мы почапали "на мыс" продуктовик с кафетерием на пересечении улицы К. Чорного и Ленинского проспекта , где и подкишковались булочками с корицей и томатным соком. Возвратившись в парк Челюскинцев, мы катались практически до посинения на аттракционах "Паратрупер" и "Хали-Гали", в итоге чего же я напряжно проблевался: вестибулярный аппарат у меня слабоватый.

Испытав таковой практически немотивированный прилив радости, когда под давлением удачно выбросил под сосну изнутри всё, что не так давно успел туда закинуть, я отдувался на скамеечке. Напротив нас посиживали юноша с женщиной. Наверняка, студенты. Они лобзались никого не замечая. А рядом какая-то страшно сварливая дама с причёской, типа развернись на мне бульдозером пробовала поднять опьяненного мужчину. Ругательства и страшные проклятия слетали с языка той дамы, а мужчина только обидно напевал: Дурочка, дурочка, дурочка, дурочка, Дурочка ты проклятая.

У меня четыре дурочки, А ты дурочка 5-ая. А на данный момент где?! В гараже?! Приблизительно около трёх часов полудня мы застационарились на Мельникайте у Водопьянова. Насербавшись борща, набив для себя брюхо котлетами с макаронами, мы утонули в больших креслах и закинули свои "кегли" на журнальный столик.

Там же, на журнальном столике, валялась стопка журналов, коробка шоколадных конфет, две чашечки с чаем, тарелка с вяленой дыней, блюдечко с горкой изюма и фирмовая магнитола "Panasonic", которую Женька по-свойски называл "парасёнок". Женька обожал удобство. Как и его предки. Для полного кайфа, - предложил он шаловливо-радушно.

Что б не было прыщей на лице! Женька конкретно так и выразился: "прыщей", заместо "морщин" - они волновали его, судя по всему, еще меньше. Интерес, с которым он произнёс это слово, навёл меня на мысль о том, что Женька очень озабочен неуввязками ранешней молодости, причём неуввязками довольно формальными.

А присмотревшись и разглядев на лбу Водопьянова созревший фурункул, искусно замазанный тональным кремом, я сообразил всю актуальность для него витамина "цэ", хотя присутствие оного в предложенном коньяке было для меня под очень огромным колебанием. Вообщем, от коньяка я отрешаться не стал. Мы тогда игрались втихаря во взрослую жизнь, а коньяк был её самым что ни на есть мужским атрибутом. Очевидно, безнаказанно в открытую воровать и пить коньяк папы Водопьянова нам бы никто не дозволил.

Пускай его имелось в большом достатке. Съестные припасы можно было уничтожать хоть подчистую. Бюджет семьи Водопьянова не пострадал бы совсем. Лишь без эксцессов жрать папин коньяк было нереально. Папа бы просто не простил. Для удачности операции требовалась определённая хитрожопистость и, естественно, конспирация. В извлечении отеческого коньяка нам сильно помогал шприц.

Процедура изъятия особенной мудрёностью не различалась. Податливая дюралевая пробка прокалывалась мед иголкой. Ею же при помощи отрицательного напора поршня шприца откачивалась подходящая доза звёздного сосудорасширителя. Потом в шприц закачивалась подобная доза в меру крепкого чайного раствора, цветом и жидко-вязкой смесью очень похожей на коньяк, которая здесь же и выпускалась в чуток опорожнённую бутылку.

Таковым агрессивным методом, мы опровергали тезисы классической философии. Количество не постоянно перебегает в качество, время от времени конкретно на качество дурно влияет количество. А пробитую в пробке дырочку маскировали настолько же тривиально. Делали на том месте царапинку. Воспользовались мы таковым опасным кредитом, кстати, не один раз.

Обыкновенно сию функцию Водопьянов сопровождал песнопением: на задорный музыкальный манер Шаинского, культового композитора русской детворы, он проникновенно исполнял: "От ухмылки треснула губа! Ничего для себя вот это улыбнулся!! И кузнечик побежит сдавать бутылки Ясный-красный, я был согласен. В полседьмого мы приехали ко мне. Точь-в-точь как в детской притче, матушка пекла пирожки, которыми она принялась нас пичкать.

Помню, Женька жутко покраснел. На гостеприимство ему предстояло ответить нехороший новостью. Меня даже мало проглючило. Показалось, что кровь вот-вот засочится с его лукавой физиономии. Но уже скоро глас моего друга окреп, выровнялся, приобрёл внушительную внятность, и он полностью расслабленно выложил ей уже отточенную версию, а так же поведал о визите в медучреждение и как-то чрезвычайно по-взрослому рекомендовал ей быть терпеливой и мудрой.

Короче говоря, рецепт Водопьянова особенной оригинальностью не отличился. Сначала матушка внимала с некоторым недоверием и недопониманием, позднее - с опаской и изумлением. Адреналин раскрыл её глаза до практически безупречной округлости.

Она зарыдала и жалобно, совершенно по-бабьи запричитала. Такое в принципе прогнозированное грузилово нестерпимо задавило нам на барабанные перепонки. Спасительный выход ловчила Женька сыскал быстро. В одиннадцать, как штык, Сева будет дома, - предупредил он и мы драпанули.

Не боясь заполучить волдыри на пятках, мы нагрянули в Тройку пешкодралом. Прямо вдоль набережной Тройки, посреди царившей смертной тоски, фланировали, блаженно улыбаясь, знакомая девушка-растение Фризби и викинг в засаленной фуфайке Лимонад с сумкой полной дежурного портвейна. Моё колошматившееся за пазухой сердечко успокоилось и всё повторилось: мы снова из гортани бурболили вино и взасос лобзались с Фризби, а потом расстались не договорившись о следующией встрече. Лишь забегать вперёд незачем.

Таковая поспешность мешает усвоению. Разрешите увидеть, изредка случается когда в даме мозг прячется за скромностью, краса не эгоцентрична, а открытость не опошляется до панибратства. Ипохондрический зашор не дозволил мне ранее тщательно рассмотреть Фризби. Но сейчас Совокупа психофизических и наружных данных выделяло её из толпы, вроде как выделяется из тишины музыка Губайдуллиной.

Моё поверхностное описание ничего не прояснит, и всё-таки на вид она была даже младше меня, длинно-черноволосая, с глазищами на бледноватом милом лице, способными, как зеркало, отражать сухость пыльного солнечного пополудни либо волосатые уши стариков Чувствовалось, что с Фризби может назреть не еще одна детская новелла, а целый роман: взрослый и реальный. Ничего необычного.

Все обожают умных, но не обожают хитрых. Все обожают смелых, но не обожают наглых. Разница, надеюсь, понятна. Фризби не подходила ни под какие категории. Она была очень персональной. Мы игрались с пластмассовой летающей тарелкой, запуская её по кругу квадрату из рук в руки, покуда она не плюхнулась в Свислочь.

Прохладная вода сделалась непреодолимым препятствием, так что тарелку смыло течением. Не внимая магнитофону, не штудируя чтиво и даже не думая ни о чём, я бухнулся в кровать и сходу же задрых без задних ног. А поутряне матушка повела меня к доктору уже под своим конвоем. Полностью ничего утешительного. Доктор только порекомендовал подкатить на Бехтерева в психоневрологический диспансер для консультации с доктором.

Наш маршбросок к доктору был чертовски мне неприятен, ибо, принужденный молчать, я в очередной раз был очевидцем позорной визгливости матушки грустно, досадно, ну хорошо. Доктор угрюмо допытывался, инспектировал молоточком мою реакцию, многозначительно мычал и цокал языком, протирал свои очки и записывал неразборчивым почерком в формуляр. Кажется, его мучил ожесточенный бодун: его округлые по-мышиному моргалы тускло мерцали, как пыльные стразы либо стеклярус, и выражали суету неуверенности.

Позже меня попросили выйти. Оставшись наедине с мамой ежели не считать оравы студентов-практикантов и медсестрички, образно похожей на голый дамский манекен, выпятившийся на карачках ягодицами и подметавший копной пепельных волос тротуар , доктор елейно втирал, что утрата моя вызвана шоком можно было и без него додуматься , в данном же определенном случае из такового рода состояния, возможно, может вывести нечто схожее.

По словам того маститого пустобреха и попа от науки, психиатрия - это узкая, малоизученная материя и тут возможны варианты, что ласка и доброжелательность будут поэффективнее чем гипноз, вообщем не стоит и его отторгать. Доктор рекомендовал мыслить о худшем, но надеяться на наилучшее. Вот заживают они медлительно, - говорил он рассудительно. Хотя период улучшения здоровья часто обратно пропорционален периоду его ухудшения.

Допускаю, что пригодится ещё одна стрессовая ситуация. Клин клином, так огласить. Лишь, кажется, у мальчугана маленький порог ранимости. Ещё доктор назидательным тоном посоветовал позаботиться о моём будущем, порекомендовал найти меня в спецучилище. Пообещал содействие.

Официальная медицина капитулировала с достоинством, хотя особенного интереса в её голосе не слышалось. Этапированный за фанерную и совсем незвукоизоляционную дверь кабинета, я без труда различал гониво доктора, и мои надежды на исцеление таяли, как снег в апреле. Мотив, фраза, предложение, период.

Так строится музыкальная мысль. Бессчетные периоды в моей индивидуальной жизни особенной осмысленностью иногда не отличались. Может быть, ещё некий мотив в их угадывался. Возможно, фразы каким-то образом сочленялись в предложения.

Но полностью некие из периодов моей индивидуальной жизни осмысленными уж точно не назовёшь. Наверняка, я слегка сгущаю краски, ибо с точки зрения того же потерянного глаза всё видится в несколько ином свете. Так огласить, что имеем не храним, потеряем плачем. Сейчас прошедшая жизнь смотрелась для меня не таковой уж и пустой, а что ждало меня там, впереди, я совершенно не представлял.

Равномерно я стал преобразовываться в затворника. Хронометраж моей новейшей жизни потёк скучноватой, бесконечной вереницей минут, часов, дней. Потёк, как мутное и растаявшее желе. Я успокаивал себя мудростью. Я говорил себе: поначалу малышей учат ходить и говорить, а позже - посиживать и молчать. Я говорил себе: не дёргайся, это просто урок, который нельзя сачконуть, его можно лишь выучить.

Пока я глупо торчал дома, либо зависал на киносеансах, или бесцельно слонялся по городку, подготовка к экзаменам в школе разворачивалась на полную катушку. Я ощущал себя дегенератом. Поточнее, я ощущал что невольно им становлюсь. Но самое смешное, что меня это не пугало. Как ни феноминально прозвучит, но хоть какое ограничение наших свобод непременно даёт другую свободу - свободу от выбора.

Быть может самую важную свободу. Осудив себя на добровольное изгнание, которое поэты определяют как одиночество, такое неизменное, звенящее тишью, сдавливающее вакуумом и параллельно своевольное, независящее Приняв своё одиночество, как неотвратимую данность, я отрекся хотя и был отвержен от обычного мира, где фактически беззаботно прожил наиболее 14-ти лет.

Для меня либо на меня? А четырнадцать с хвостиком, подабающие развиваться, совершенствоваться - пропали, как сон увиденный кем-то, но не мной. Апрельская ночь беспощадно поделила, разрезала, порвала мою жизнь надвое: на то, что было и то, чему быть не предначертано. Ежели бы той ночкой я не пошёл с Женькой Ежели бы тот вечер я провёл в беседке, где собирались дворовые ребята и горланили под гитару, и пустословили за пачкой сигарет, и тискали девчонок, будивших своим писком спящий район Ежели бы я остался дома и глупо пялился в телек либо, рухнув на диванчик, листал чтиво, либо прочищал уши Йеном Гиланом Ежели бы Ежели бы история знала сослагательное наклонение Приблизительно к финалу апреля мы с матушкой посетили аж два раза гипнотизера.

Как досадно бы это не звучало, то ли гипнотизер оказался липовым, то ли я плохим объектом, но пробы вышли напрасными. Шаман в медхалате чего-то внушал, набычившись зыркал, делал пасы своими пальцами-пинцетами, от что делался схожим на пловца в бассейне, в котором мгновенно спустили воду Зря - неудача ещё посильнее расстроила меня. Разочаровавшись в традиционной медицине, я просил помощи у Небесного Доктора.

Побывав во всех храмах городка и лицезрев сотни-сотни икон, я просил и умолял Но то ли Дверь в то Измерение была закрыта, то ли в потёмках я не сыскал её, а лишь Небесный Доктор, видать, не слышал Событие сие меня очень бесило и тогда вся муть из души моей поднималась наверх, и тогда я орал и требовал, и губки мои искажались из-за бранной артикуляции Вроде как реальный язычник, я просил и, не получая взамен никакой помощи, готов был бить собственного придуманного Бога палками, либо убить Его насовсем.

Для чего Он этот Бог, ежели Он твердолоб и бессердечен?! В минутки затмения я готов был взорвать все храмы, в которых побывал, и даже те, в которых не был никогда Наверно, это было безумие. Наверно, это было отчаяние. Приблизительно тогда же, в конце апреля, я пришёл на кладбище, к могиле, что впитала меня, мой глас По кладбищу тарахтел трактор, сновали мужчины в запятанных робах, а я стоял у осквернённой мною могилы и просил у неё прощения, и горячие капли моих слёз падали ей прямо в сердечко, туда, куда провалились мои ноги.

Как-то незаметно апрель перетек в май. Встречи с Женькой стали редки, - предки устроили ему домашний арест по поводу грядущих экзаменов по последней мере, так Женька отмазывался. Будущие экзамены тревожили поголовно всех, не считая меня и, пожалуй, Васи Трегубова. Да, это уж точно. Иногда Вася откалывал такие цирковые номера, которые поднимали нашим учителям артериальное давление до критической отметки.

К примеру, Вася, в случае чего же ежели ему захотелось бы , мог просто свалить с урока. Посиживает для себя, посиживает, а позже надоест ему - он портфель под мышку и топ-топ-топ без разъяснений и беспокойства. На контрольных и сочинениях, ежели не давали списывать либо одолевала простая лень, Вася сдавал учителю тетрадку только с надписанным "числом" да уточнением - "контрольная работа".

Правда, время от времени под своими письменами он рисовал небольшой кружок, стрелочку, направленную к нему, и делал поясняющую запись - "место для двоечки". На все условности школы Васе Трегубову было плевать с высочайшей башни, ибо в той метафорической башне рядом с ним посиживал его папа, член правительства. Ого-го какой член! Я ничего не имел бы против, ежели б застал там эгоцентричную особу, посоветовавшую мне чаще обращаться к небу, Виталия либо Лимонада, либо всех вкупе взятых.

Но, как досадно бы это не звучало. Мне просто не везло. В один прекрасный момент только чуть не обознался, не сопоставив даже с тождеством. Её блуждающий взор так же останавливался на какой-нибудь персоне либо предмете, фокусировался, на мгновение делался считывающим. Доказательством сканированию, она вынимала цветные карандаши, которые скрывались в картонном цилиндрическом футляре из-под мармелада, и принималась ими рисовать в блокнотике, куда по мимо всего остального она заносила некоторые дурные тексты большими печатными литерами.

Сверяясь взором, промеряя объект с графической собственной проекцией на картонном листочке в клетку, она как будто постигала некоторое герметическое содержание, сущность предмета. Но её картинки были выполнены в манере пятигодовалого ребёнка, хотя собственного совершеннолетия она достигла задолго до моего рождения.

У их была только похожая манера разглядывания. Как-то поздним вечерком в Тройке я познакомился с поэтом Валерой Л. Вышло это кондово до банальности. Подсев ко мне за столик с 2-мя чашечками кофе, он предложил мне слушать стихи собственного производства.

Возражений с моей стороны не последовало, и Валера Л, вдохновлённый моим молчанием, с правильной артикуляцией, проникновенно начал Поэт был опьянен практически в умат, но верные буковки, тем не наименее, выговаривать у него выходило полностью внятно, а маленький глас его приятно потряхивал барабанные перепонки.

Чтобы не обидеть его, я пожал плечами. Я для тебя ещё Валера Л. Нужно признать, Валера Л. Но, как ни как, в свои творения Валера Л. Полагаю, превосходный Валера Л. Вообщем, может быть, я ошибаюсь. В паузе меж озвучиванием произведениями Валера извлёк из саквояжа полненький флакон на четверть литра, и подлил из него в наши чашечки с "арабикой". Флакон содержал в для себя спирт. Я пожал плечами. Я кивнул.

Ну ты же слышишь? И он опять читал. Мы пили кофе, и Валера подливал в него из флакона Длилось так до тех пор, пока спирту в чашечках не с чем стало смешиваться, опосля что Валера заказал ещё кофе. Перемешивая кофе со спиртом и стихами, мы оглушали: он тоску стихотворца, я - свою тоску. Позже Валера взял ещё кофе И ещё Когда уже глобально бухой, цепляясь за плечи гостей, он пробирался к бармену за очередной порцией "арабики", я скипнул по-английски не попрощавшись, размышляя по дороге над тем, почему люди интересуются о количестве индивидуально отпущенного времени у кукушки, птице-паразите, бросающей собственных детей-птенцов на произвол собственной жестокости.

Вообщем, в каждом из нас - дыра размером с Бога. Сбежав с пологого склона на набережную, я побрёл по бордюру под мост, туда, где в первый раз повстречал Фризби и Лимонада. Там их не было. Там вообщем никого не было. Там, под мостом, я плясал, рыдал Короче, был смешон. Часто в детстве встречаются черви.

Обнаружив оных в нежном своём возрасте, я был шокирован. Тлен и останки. Чрезвычайно страшно делается, когда осознаёшь, что ты ещё не погиб, а червяки уже копошатся снутри тебя. Вроде лишь жить начал, а загробные живчики - здесь как здесь со своим набатом "mementum more".

Вообще-то они в основном в кишках кучкуются. Но и в желудок время от времени в гости наведываются. В особенности как поддачу унюхают. Заползут для себя означает, нажрутся, как свиньи, и хулиганят. А человеку от такового безобразия плохо, его тошнит. Водки с пивом требуют глисты-алкоголики, а человек токмо жертва.

Почему наука молчит?! Куда полиция смотрит?! Состояние моего организма граничило с бинарными оппозициями плохо - отлично, а отлично - плохо и напоминало кое-чем детализированную инкорпорацию радиоцезия. Блевал я, приятного аппетита, не приведи господь, и это, наверняка, естественно, ибо рот мой ничего путного исторгнуть не мог. Мелкие и постарше.

Прекрасные и не чрезвычайно. Посреди их не было хулиганов и представлял. Они никому не давали никаких обетов, но дьявольская омерта связывала их. Они общались лишь в своём кругу, а ежели приходилось бывать вне этого круга, то В сути вне собственного круга они были беспомощны.

Они жили в своём, непонятном мне мире. Выбегая на переменках в школьный двор, они не шумели, не выкрикивали глупости, не смеялись с надрывом. Смотря на их, можно было помыслить, что смотришь телек с отключенным звуком, в котором демонстрируют жуткую клоунаду: их мимика, мелькающие в воздухе пальцы Похожие на зверенышей с умными печальными очами, они вызывали чувство жалости с ожесточенным налётом презрения и отчуждения.

Они обучались в спецшколе Я лицезрел их и раньше.

Кто выводил из мочи марихуану сервер майнкрафт hydra

Гашиш раз в две недели, что сдавать мочу или кровь кто выводил из мочи марихуану

Курьерская телефонная АЛП -.

Кто выводил из мочи марихуану 226
Change ip tor browser hidra - по АЛП с. Горячая платный пятницу Отдел по. Звонок платный АЛП Отдел. - телефонная линия Отдел по до с суббота с 18:00.
Кто выводил из мочи марихуану Как работать в tor browser gydra

Ты=))))) заходите на наш сайт через тор попасть на гидру спасибо объяснение

Следующая статья почта в браузере тор hidra

Другие материалы по теме

  • Изменить страну в тор браузере hydra
  • Captain america agent hydra
  • Фильм даркнет 2018 смотреть онлайн
  • Грам марихуаны
  • 2 комментариев
    1. anlepar
    2. Мелитриса
    [an error occurred while processing the directive]